Чёрный лебедь, который прилетит завтра, пока незаметен на тёмном фоне.
Но вот что странно: чёрные лебеди, которые прилетали раньше, тоже незаметны: оставшись с нами, они превратились в серых гусей, индеек дня благодарения и прочую домашнюю птицу.
170 лет назад Николай I проиграл Крымскую войну.
Причины давно названы: воровство в армии, техническое отставание, доминирующий английский флот, более эффективная политическая система противника.
Но ведь и в Отечественной войне 1812 г., и в 1941-42 гг. присутствовали:
– техническое отставание? – безусловно,
– более эффективная система управления противника? – однозначно,
– в 1941 г. вместо английского флота доминировала немецкая авиация,
– а ещё что Наполеон в 1812 г., что вермахт в 1941 г. были натренированы в успешных кампаниях.
Потерять Москву в 1812 – и победить.
Допустить врага к Волге в 1942 – и победить.
Потерять один Севастополь в 1855 – и проиграть.
Доминирующий английский флот пытался решить вопрос на Балтике, атаковал Одессу и Николаев, атаковал даже Петропавловск-Камчатский – везде был отбит. Высадка десанта прошла только в Крыму. Англичане опасались продвигаться вглубь – нет, не России – Крыма!
Вообще несравнимо с наступлением Великой армии Наполеона или танков Гудериана.
Почему же Николай I, только что с лёгкостью подавивший венгерское восстание, сохранивший корону венским императорам, поднявшийся на вершину европейского, а в XIX веке это значит и мирового влияния, почему такой властелин четыре года спустя оказался в углу ринга в защитной позе?
Два чёрных лебедя. Которые задним умом воспринимаются нами как нечто само собой разумеющееся.
Первая внезапность: военный союз Англии и Франции.
Тут надо сменить оптику.
После Антанты, после Второй мировой войны, после войны холодной, в сегодняшнем политическом поле, наконец, союз Англии и Франции воспринимается как базовая установка.
Но тогда – да вся предшествующая история, политика, военное дело были выстроены на противоборстве, на вечной вражде англичан и французов! В подсознании Николая I, всех его генералов, всех его дипломатов прочно засели Трафальгарская битва, континентальная блокада, Ватерлоо, Столетняя война, Жанна д’Арк, борьба за американские колонии… Только реставрированные Бурбоны, марионетки, введённые в Елисейский дворец российским императором Александром (буквально за руку!), не ссорились с Лондоном, но теперь-то к власти пришёл племянник Наполеона…
Едва Николай I узнал о том, что Франция и Англия выступили против него вместе, он сразу осознал, насколько угрожающе положение.
Вторая внезапность: присоединение Вены к этому и без того неожиданному союзу.
В 1849 г. Россия спасает Вену от развала империи, по просьбе Франца Иосифа (18 лет человеку) включается в уже проигранный Австрией вооружённый конфликт и побеждает восставших венгров. А в 1853 г. спасённый Франц Иосиф готов воевать с Россией. Граница с ним наиболее протяжённая, там приходится держать самые боеспособные войска, которые иначе могли бы решающим образом помочь в Крыму.
И всё равно, вопреки стереотипу, Николай I Крымскую войну не проигрывал!
Он умер.
Третья внезапность: пневмония, перешедшая в паралич лёгких. За несколько часов до конца Николай I очень удивился, переспросив врача: «Так это что, смерть?!»
Можно предположить, что он умер в самом начале большой мировой войны, на самом раннем её этапе, на том этапе, где Россия вечно что-то теряет и заманивает противника, а потом посещает чужие столицы. Пронизывающий петербургский ветер, воспаление лёгких отменили большую мировую войну.
Какое всё это имеет отношение?
А это прогноз.
Ждём противоестественного союза.
Ждём необъяснимого предательства с разворотом на 180 градусов.
И ждём, кто умрёт, не проиграв.
Географическое совпадение, кстати, необязательно. Вместо России можно представить любую другую страну – США или Китай, например.
